Танис медленно вытащил кусочек тонкого пергамента, развернул и прочёл. Чернила были чёрными, а почерк — крупным и чётким, и при виде его сердце Таниса забилось тяжело и болезненно.
— От Китиары, — сказал он наконец и сам почувствовал, как натужно и неестественно прозвучал его голос. — Она не придёт.
(Драконы Осенних Сумерек, книга 1, глава 2)
— Что она пишет? — спросил Карамон.
Танис заколебался было, потом облизал пересохшие губы:
"— Она служит какому-го новому господину, и многочисленные обязанности не дают ей отлучиться, о чём она весьма сожалеет. Она шлёт всем нам самые лучшие пожелания и пишет, что любит… — У него перехватило горло, он кашлянул. — Любит своих братьев и… — Внезапно замолчав, он скатал пергамент: —…и всё.
— Любит братьев и кого? — спросил любознательный Тассельхоф. — Ой! — И кендер обернулся к Флинту, — тот наступил ему на ногу. Потом он увидел, как покраснел Танис. — Ой,— повторил Тассельхоф, чувствуя, что сморозил не то.
Танис заколебался было, потом облизал пересохшие губы:
"— Она служит какому-го новому господину, и многочисленные обязанности не дают ей отлучиться, о чём она весьма сожалеет. Она шлёт всем нам самые лучшие пожелания и пишет, что любит… — У него перехватило горло, он кашлянул. — Любит своих братьев и… — Внезапно замолчав, он скатал пергамент: —…и всё.
— Любит братьев и кого? — спросил любознательный Тассельхоф. — Ой! — И кендер обернулся к Флинту, — тот наступил ему на ногу. Потом он увидел, как покраснел Танис. — Ой,— повторил Тассельхоф, чувствуя, что сморозил не то.
***
Танис мог думать только о Китиаре. С ней одной он хотел свидеться больше, чем с кем-либо из друзей. Все пять лет пытался он изгнать из своего сердца ее темные глаза и лукавую улыбку… но с каждым днем его тянуло к ней только сильнее. Воительница была своенравной, норовистой и сумасбродной, то есть сочетала в себе все качества, которых у Таниса не было и в помине. К тому же она была человеком, а любовь между человеком и эльфом неизменно приводила к трагедии. И тем не менее выбросить из души Китиару для Таниса было не проще, чем вычленить из своей крови ее человеческую половину…
(Драконы Осенних Сумерек, книга 1, глава 3)
***
Что до меня, я хотел бы побывать на севере и самолично проверить все эти слухи об армиях, которые там собираются.
— И, быть может, нечаянным образом встретиться с Китиарой… — шепотом поддразнил его Рейстлин.
Танис почувствовал, что краснеет.
***
Танис вспомнил свой собственный уютный маленький домик и подумал о том, сколько всего он собирался предпринять… предпринять вдвоем с Китиарой. Долгие зимние вечера, рассказы и разговоры у огня в «Последнем Приюте»… а потом они шли бы домой, забирались под меховое одеяло и, беспечно смеясь, любили друг друга, а наутро не спешили вставать, только смотрели, как за окном падает снег…
(Драконы Осенних Сумерек, книга 1, глава 4)
Комментариев нет:
Отправить комментарий