2. Сожаления. Указания. Выбор
383 ПК
Поднимающееся солнце блестело за цветным стеклом гостиничного окна.
Близнецы сидели за столом. Тика давно уже отправилась спать, как и Палин, все еще не оправившийся от раны. Карамон с Рейстлином были одни. Они бодрствовали всю ночь за разговором о далеком прошлом, былых ошибках и нынешних сожалениях.
- Если бы ты знал, как все повернется, поступил бы ты иначе, Рейст?спросил Карамон.
- Нет, - ответил Рейстлин с долей своей прежней раздражительности. - Тогда выбирал не я. Карамон не совсем понял, о чем идет речь, он привык недопонимать брата, и это его не беспокоило. Он принялся рассказывать о семье. Рейстлин сидел, сгорбившись, в углу, баюкая в руках чашку с отваром, успокаивающим кашель, и слушая нехитрые рассказы Карамона. Перед его мысленным взором, словно наяву, вставала жизнь Палина и его братьев. Он уже знал о них больше, чем сам Карамон. Все те долгие годы, которые он провел в ином далеком мире, в мирной дреме, подозрительно напоминающей смерть, - все это время он мечтал о чем-то подобном. И только перед самым рассветом, в самые темные часы ночи, заговорили они о настоящем... И о будущем. И вот сейчас Карамон сидел, взволнованный и обеспокоенный, и молча смотрел, как восходит солнце, играя лучами на хрупких золотых листьях валлинов.
- Конец всего, ты говоришь, - пробормотал Карамон. - Всего, - повторил он, поворачиваясь к брату. Я знаю, что я умру, все вокруг, даже эльфы, когда-нибудь умрут. Но... Я всегда знал, что все это... Карамон широким жестом охватил окно, деревья, траву, землю и безоблачное небо. Оста-нется, когда меня уже не будет.
А ты говоришь: ничего... Ничего не останется?
- Когда Хаос придет разрушить эту "игрушку богов", земля разверзнется и пламя хлынет из разломов. Ветер с силой тысячи штормов обрушится на землю, разрушая дома и раздувая пламя. Огненные драконы с дьявольскими всадниками пронесутся над землей, и огонь пожрет все вокруг. Озера испарятся, океаны закипят. Даже воздух будет настолько раскален, что люди будут умирать, просто вдохнув его. Никто и ничто не уцелеет. Рейстлин говорил холодным, невыразительным голосом, но от этого его слова становились еще более пугающими и убедительными. На Карамона повеяло холодным, находящимся за пределами слов ужасом.
- Ты рассказываешь так, как будто ты сам это видел, - тихо сказал он.
- Я видел, - Рейстлин перевел взгляд на пар, поднимающийся от чашки с отваром. Затем он снова посмотрел на брата. - Ты забываешь о том, ЧТО я вижу этими глазами. Я наблюдаю время, время, текущее сквозь нас, и я видел, как оно остановилось.
- Но так же не должно быть, - возразил Кара-мон. - Я слишком хорошо знаю, что мы сами творим будущее.
- Верно, - согласился Рейстлин. - Возможны варианты.
- Какие? - настаивал Карамон, и надежда вспыхнула в его глазах. Рейстлин молчал, уставившись на остывающий отвар.
- Я поведал тебе худшее из того, что может случиться, брат. Он задумался и, помолчав, добавил. - А может быть, это как раз - лучшее.
- Что? - Карамон был ошарашен. - Лучшее? Люди, сгорающие заживо! Кипящие океаны! Это ты называешь лучшим?!
- Это с какой стороны посмотреть, братец. Рейстлин отодвинул чашку.
- Не могу больше его пить. Совсем остыл, - покашливая, он поплотнее закутался в одежды, несмотря на то что на улице уже становилось жарко.
- Не можем же мы просто сидеть и ждать! - возмутился Карамон. Он поднялся и направился в кухню. Вернувшись с чайником кипящей воды, он продолжал:
- Мы будем драться. Если надо будет, то бок о бок с богами.
- О да, конечно, - согласился Рейстлин. - Мы будем сражаться, и многие из нас падут в битве. Может даже случиться, что мы победим. И это, возможно, станет величайшим из поражений.
- Не понимаю, Рейст... - начал Карамон.
- Не понимаю, Рейст, - передразнил Рейстлин. Карамон густо покраснел и опустил голову. Рейстлин вздохнул. мою благодарность за гостеприимство, а я пока скажу пару слов Палину.
- Конечно, Рейст, - отозвался тот, но не двинулся с места, а продолжал смотреть на сына.
- Иди, Карамон, - повторил Рейстлин. Он хотел продолжить, но закашлялся и только просипел с натугой. - Да иди же ты! Не выводи меня из себя. Карамон, еще колеблясь, перевел взгляд с сына на брата, а затем медленно направился к кухне.
Когда они остались одни, Рейстлин знаком велел Палину приблизиться и прерывающимся от кашля шепотом начал:
- Когда найдешь эту девушку, не помню, как ее зовут...
- Аша, - тихо подсказал Палин.
- Не перебивай меня! Я и так говорю с трудом. Повторяю, когда ты ее найдешь, возьмешь ее с со-бой, и вы направитесь в Великую Палантасскую Библиотеку. В полночь дня Праздника Середины Лета я вас там встречу.
- Я понял, - покорно ответил Палин. - В полночь дня Праздника Середины Лета. Мы там будем. Кашель отпустил мага, и, отдышавшись, Рейстлин продолжил:
- Ну а теперь тебе тоже пора прощаться с матерью и двигаться в путь.
Пользоваться кольцом очень просто: надень его на палец и представь себе Палантас - и кольцо доставит тебя туда.
- Да, дядя, все очень просто, - печально согласился Палин. - Ни с чем более сложным я все равно бы не справился. Рейстлин немного помедлил, а затем понимающе положил руку на плечо Палина. Его рука была неестественно горячей.
Прикосновение просто обжигало. Палин с трудом удержался от того, чтобы высвободиться. Он старался не подать виду, что тонкие пальцы мага причиняют ему боль. Рейстлин наклонился к его лицу и прошептал, обжигая дыханием щеку Палина:
- Тебе будет сделано предложение, как когда-то мне... Тебе предложат выбрать.
- Когда? - Палин стиснул руку дяди. - Ско-ро? Как я узнаю об этом?
- Большего я тебе сказать не могу. - Рейстлин выпрямился и отодвинулся. - Я и так сказал боль-ше, чем собирался. Сделай мудрый выбор.
- Я сделаю! - заявил Палин, вставая. - Я уже думал об этом. Я знаю, что выбрать!
- Тем лучше, племянник, - холодновато улыбнулся Рейстлин. Палин натянул рубашку, морщась от боли в раненом плече.
- Ну а теперь отправляйся к матери. Да, и поторопи отца. В отличие от нас, время не стоит на месте.
Комментариев нет:
Отправить комментарий